Усердная Заступница христианского рода

25 сентября 1918 года на поросшем камышом берегу извилистой речки Кирпили у Марие-Магдалинского женского монастыря произошло необычайное событие. В небе над родником монахине Евпраксии явилась Богородица, одетая в сияющую игуменскую мантию. Год спустя в память о великом чуде написали большую икону, которая стала символом присутствия Богоматери  и до сих пор с благоговением хранится в женском монастыре.

Черноморская женская во имя святой Марии Магдалины пустынь – так официально назывался монастырь – появилась в 1849 году и стала первой обителью для женщин на землях Черноморского казачьего войска. Идея создания обители принадлежала монахине Митрофании (Золотаревской), уроженке станицы Гривенской и родственнице наказного атамана войска Рашпиля. В те годы женских монастырей на Кубани не было, и черноморские казачки, желавшие уединенной жизни в дали от мира, уезжали в обители Полтавы, Чернигова и Екатеринослава. Новую обитель решили назвать в честь равноапостольной Марии Магдалины, покровительницы великой княгини Марии Александровны, супруги будущего императора Александра II, а тогда – цесаревича и великого князя.

Радевший о распространении благочестия атаман Григорий Рашпиль поддержал инициативу и отправил проект новой обители в Санкт-Петербург. 11 декабря 1848 года император Николай I утвердил решение об образовании монастыря. «В предполагаемой обители обретут последнее утешение молитвы и христианского вспоможения старицы и вдовы, потерявшие на защите государственной границы, в боях с хищными соседями войска, мужей или сыновей, или же испытавшие другие невозвратные в жизни утраты, в краю, столь многим лишениям подверженном», — описывалось предназначение обители в проекте.

В июле 1849-го монахиня Митрофания приехала в Ставрополь к епископу Кавказскому и Черноморскому Иеремии (Соловьеву), и в день равноапостольной Марии Магдалины он возвел ее в сан игуменьи и вручил игуменский посох. Вместе с новой игуменьей из Полтавского монастыря на пустынный кирпильский берег прибыли монахини Филарета (Волошенкова), Анания (Проскурина) и две послушницы.

Теплая погода облегчила спартанские условия жизни первых насельниц, которым пришлось поселиться в маленьком полуразрушенном доме бывшего конного завода. Под руководством игуменьи Митрофании практически за 20-летний период появились деревяный Покровский храм (1850), нескольких жилых корпусов для монахинь и дом настоятельницы, высокая каменная ограда, заведено хозяйство, началась подготовка к строительству большого Вознесенского собора и открылось подворье в Екатеринодаре.

О молодой обители заботились члены царствующей династии и особенно императрица Мария Александровна, жена Александра II, чьей небесной покровительницей была равноапостольная Мария Магдалина.

Императрица жертвовала монастырю богослужебные книги, белые богослужебные облачения для духовенства и алтаря, а вдовствующая императрица Александра Федоровна и наследник и великий князь Николай присылали денежные вклады. Тронутые вниманием высочайших особ монахини в знак искренней благодарности написали для императрицы иконы Марии Магдалины и святителя Николая Чудотворца.

Общий вид Марие-Магдалинской пустыни. Литография 1905 года.

Под руководством знаменитого войскового архитектора Филиппова летом 1874-го началось строительство Вознесенского собора. В силу разных причин процесс шел не быстро, стройка неоднократно останавливалась и завершилась лишь через десять лет стараниями игуменьи Олимпиады, преемницы почившей настоятельницы. В 1884 г. торжественно освятили главный престол в честь Вознесения Господня, правый придел в честь архангела Михаила и левый – в честь святителя Димитрия Ростовского.

Шли годы и к началу XX столетия монастырь превратился из небольшой провинциальной пустыни в крупную южнороссийскую обитель, в нем проживало до 500 насельниц и более 80 воспитанниц женского приюта, а помимо них ежедневно на скотном дворе и в полях работало большое число местных жителей. Хотя официально монастырь имел общежительный статус (насельники не имеют личного имущества, трудятся, живут и питаются вместе), порядок жизни его насельниц отличался от общепринятого. Многие монахини жили отдельно друг от друга в небольших саманных домиках и собирались ежедневно только для богослужений и общего обеда, а дальнейшие занятия и пропитание были индивидуальными. «Средства для этого доставляются родственниками, благодетелями, или получаются от продажи предметов собственного рукоделья», — писал посетивший в 1908 г. монастырь протоиерей Карп Руденко.

Неожиданно грянула революция 1917 года, и вслед за ней загорелся братоубийственный пожар Гражданской войны. Зимой 1918-го Красная армия прошла через Кубань и захватила Екатеринодар, брошенный бежавшим казачьим краевым правительством, по всей области прокатилась волна жесточайшего террора, анархии и беспощадных грабежей. В станице Роговской местный ревком во главе с Федором Караухом решил потеснить «эксплуататоров» рабочего класса и образовал коммуну «Всемирная дружба». Семьи казаков-коммунаров Покусенко, Вереченко, Василенко, Красноруцкого приехали в обитель и, не обращая внимание на возмущение монахинь, объявили, что будут теперь жить вместе с ними.

Икона священномученика Григория Никольского

Ранним утром 27 июня (10 июля по новому стилю) 1918 года в Марие-Магдалинскую пустынь нагрянул шатавшийся по окрестным станицам революционный отряд. В те дни по Кубани такие отряды наводили свой «порядок»: солдаты Днепровского полка в Екатеринодаре казнили 76 человек безвинных заложников из числа горожан, при участии Тихорецкого полка в селе Богословском был зверски убит священник станицы Барсуковской Григорий Златорунский, прославленный в лике святых, в станице Спокойной солдаты Лабинского полка заживо закопали местных учителей и священника Александра Бубнова.

В момент нападения большевиков в Вознесенском соборе неспешно совершалась Божественная Литургия, и монастырский священник отец Григорий Никольский причащал немногочисленных верующих. Вершители правосудия схватили его и с издевательствами выволокли за монастырские стены.

Лишь только пастырь попытался осенить себя крестным знамением, солдаты, стали наперебой требовать открыть рот. – Мы тебя приобщим, – послышались крики, и священник упал, простреленный револьвером.

Через несколько дней монахини с благоговением омыли тело пастыря и похоронили его рядом с собором. Мученическая смерть монастырского священника стала общей болью всей обители, словно резко осиротевшей после его смерти.

Под натиском Добровольческой армии генерала Корнилова в августе 1918 года большевики бежали с Кубани, и жизнь казачьего края ненадолго вернулась в прежнее русло. Истерзанный красным террором, повсеместной разрухой и голодом народ со страхом смотрел в будущее. И вот Пресвятая Богородица, свято почитаемая с древних веков на русской земле, явила зримый знак своего присутствия.

25 сентября больная монахиня Евпраксия во время молитвы возле монастырского родника, расположенного вблизи реки Кирпили, неожиданно увидела на небе сияющую Богоматерь с предстоящими ей архангелом Михаилом, Марией Магдалиной и Георгием Победоносцем.

Сама Богородица, увенчанная царской короной, была в игуменской мантии, которая символично указывала на Нее как управляющую монастырем и держала в руке свиток со словами: «Никтоже притекаяй ко мне посрамлен отходит».

Весть о чуде явления Богоматери тут же разнеслась по всей Кубани, и укрепила сердца тысяч верующих. На месте чудесного явления возле родника стали совершаться молебны, и вплоть до закрытия обители в сентябре проходили особые торжества. Когда управление Кубанской епархией перешло к прибывшему в Екатеринодар Киевскому митрополиту Антонию (Храповицкому), одному из трех претендентов на патриарший престол, игуменья Прискилла с монахинями обратились к нему за благословением написать икону в память о явлении Богоматери. В нижней части иконы сделали следующую надпись: «Сия святая икона сооружена с благословения Киевского митрополита Антония, старанием схимонахини Иоасафы и прочих сестер обители, согласно видения Царицы Небесной с собором святых над источником в Марии-Магдалинском монастыре болящей монахиней Евпраксией 1918 г., 12 сентября».

Промыслом Божиим было суждено сохранить эту удивительную икону от поругания и уничтожения. В марте 1921-го Марие-Магдалинский монастырь закрыли, часть монахинь разогнали, а часть отправили на рыбные промыслы в город Владикавказ. Все монастырское имущество и здания достались коммуне, а из монастырских икон коммунары сделали ульи для пчел. Необъяснимым образом сама икона Богоматери и память о чуде бережно сохранялись у благочестивых верующих.

– Когда в 1997 году восстанавливалась обитель – рассказывает игуменья монастыря Тавифа (Зоро), – наш духовник схиархимандрит Георгий (Савва) передал эту удивительную икону Богоматери и рассказал, что привез ее из Архангельской области. Видимо, кто-то из монахинь, высланных в печально знаменитые соловецкие лагеря, вывез в свое время икону. Теперь она наша главная святыня и зримое свидетельство любви Богоматери к русскому народу, не оставляющей нас в самые сложные периоды истории.

Никита Кияшко

(82)

Оставить комментарий

Сохранен как Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *