«Я состою на службе Церкви, Царю и Родине»

Священник Н.И. Смирнов. Фото 1910-х гг. (из личного архива О.Н. Ткачук).

19 мая 2019 года наступило 100-летие трагической кончины священника села Архипо-Осиповского Николая Смирнова, пострадавшего от рук большевистской «зеленой» крестьянской армии Черноморья. В тот далекий день в его гостеприимный дом ворвались непрошеные гости, не пощадившие жизни широко известного всему побережью пастыря.

Священник Николай Иванович Смирнов родился 28 декабря 1869 года в дьяконской семье и с самого раннего детства на собственном опыте узнал о непростых условиях служения и быта православного духовенства. Поступив в Ставропольскую духовную семинарию, он не смог завершить курса обучения и по неизвестным причинам покинул стены первой духовной школы Кавказа. С этого времени начался новый этап в его жизни: в 1889 г. епископ Владимир (Петров) назначил отца Николая псаломщиком в село Надежды Ставропольской губернии, а через несколько лет его уже перевели в кафедральный собор г. Ставрополя.

Ольга и Софья Смирновы. Фото 1899-1901 гг. (из личного архива О.Н. Ткачук).

Однако в Ставрополе он долго не задержался, и в 1892 года получил должность псаломщика при Сухумском кафедральном соборе, где был вскоре рукоположен в сан диакона и начал преподавание в церковно-приходской школе собора. Талантливого молодого клирика епархиальное начальство предпочло направить на приходскую службу, и вскоре отец Николай был назначен настоятелем Георгиевского храма села Васильевки Черноморской губернии. 23 сентября 1896 года отец Николай был рукоположен в сан священника. Многочисленные пастырские обязанности нового настоятеля дополнились и преподавательскими: он преподавал Закон Божий не только в школе Васильевки, но и окрестных селах Борисовском и Федотовском. Там же у них с матушкой Варварой Васильевной родились две дочери: в 1893 году Ольга и в 1896 году София.

Получив через несколько лет назначение в Николаевский храм имения Абрау-Дюрсо, отец Николай продолжил беззаветное служение Церкви, чем вновь привлек к себе внимание епископа Сухумского Арсения (Изотова). В 1903 году талантливый настоятель был переведен в Николаевский храм села Архипо-Осиповки и стал председателем церковно-приходского попечительства по строительству нового храма. Всего за несколько лет под руководством отца Николая были собраны средства и возведен новый каменный храм в честь святителя Николая.

Вскоре после торжественного освящения храма 26 марта 1907 года его назначают благочинным 3 Черноморского округа. Должность благочинного в обычной практике являлась промежуточной инстанцией между духовенством и епархиальным архиереем, а на благочинных возлагался широкий круг административной и судебной ответственности. В условиях удаленности черноморских приходов от центра епархии в городе Сухуме благочинные становились единственными представителями епархиальной администрации, а потому на их плечи ложилось внушительное количество задач: от инспекции преподавания и деятельности церковно-приходских школ, до освящения храмов и контактов с губернской властью.

При этом сам отец Николай успевал так же возглавлять церковные школы в Архипо-Осиповском, деревне Афипской, хуторе Верхне-Вуланском и школу грамоты в деревне Морохово, преподавать Закон Божий в Архипо-Осиповской министерской школе, возглавлять приходское общество трезвости и участвовать в деятельности Сухумской церковно-археологической комиссии. Список должностей отца Николая можно перечислять и дальше – настолько хватало его удивительного пастырского и административного таланта.

Как представитель епархии благочинный Смирнов в 1912 году был удостоен особой чести, и поехал в первопрестольную Москву для участия в Всероссийском противоалкогольном съезде. При всех своих многочисленных обязанностях он удивительным образом успевал поддерживать активную приходскую деятельность, в которой особое место занимали просветительские и религиозно-нравственные беседы и встречи. На каждую встречу собиралось до 50-60 человек, с которыми отец Николай беседовал на широкий круг тем: от евангельской истории и житий святых до проблем воспитания детей, причем время от времени участники читали и обсуждали книги из школьной библиотеки. Подобные встречи проводились и при Афипской школе грамоты, для слушателей которых была увеличена школьная библиотека.

Ревность и благоговейное совершение богослужений отцом Николаем стали решающими при назначении его благочинным Иверского Алексеевского женского монастыря вблизи г. Туапсе. Тишина и неспешность монастырских служб привлекали его возможностью уединенной молитвы вдали от мирской суеты. Когда в 1913 году на основательницу монастыря игумению Мариам (Макаровскую) и ее ближайшего помощника последовал клеветнический донос, именно отцу Николаю епископ Сухумский Андрей (Ухтомский) поручил провести детальное расследование. Как писал он в отчете: «Как благочинный общины… я весьма хорошо ознакомился в течение двух с лишним лет с внутреннею и внешнею жизнью Иверско-Алексеевской общины, принимал и принимаю очень близко к сердцу благоустройство ее и правильное развитие общины…всеми зависящими от меня мерами направлял всех и все на благое». К сожалению, вследствие интриг и поддержки клеветников Туапсинским священником С. Красновым отец Николай был освобожден от обязанностей благочинного. Глубоко переживая создавшееся положение в обители, он никогда не переставал правдиво свидетельствовать «своей иерейской совестью» о благочинии и лжи возводимых на игумению и ее брата обвинений.

К этому времени старшая дочь Ольга, получившая гимназическое образование, уже вышла замуж и стала учительницей церковно-приходской школы г. Анапы. Младшая же София, завершив обучение в Екатеринодарском епархиальном женском училище, вышла замуж за военного.

Февральский переворот и октябрьскую революцию 1917-го отец Николай принял как свершившуюся волю Божию. К этому же он призывал своих прихожан, не переставая напоминать за каждой проповедью о завещанной Христом любви друг к другу (Мф. 22:39). В феврале 1919 года в Архипо-Осиповку вошел отряд красно-зеленых, которые тут же начали арестовывать зажиточных сельчан и духовенство. Революционеры считали священника пособником «кадетов», т.е. Добровольческой армии А.Деникина. Однако в этот раз все обошлось, и по чьему-то распоряжению его из заключения освободили.

Как вспоминает правнучка Ольга Николаевна Ткачук, через несколько месяцев, 19 мая, под покровом ночи, в дом отца Николая ворвались несколько большевиков. Вначале они безуспешно ломились в дверь, а потом разбили окно, проникнув в комнату священника. С неистовой злобой каратели стали его избивать и колоть штыками пока не забили до смерти.

На шум прибежали супруга Варвара Васильевна и дочь Софья с младенцем на руках, которых должна была постигнуть та же участь. Один из карателей, увидев плачущего младенца, предложил товарищам оставить семью в живых, а самим спешно скрыться. Перед уходом мучители разграбили весь дом пастыря, забрав с собой даже холщовые полотенца с стоявших в доме лавок.

К началу 1920-го стало очевидным поражение Добровольческой армии, которая все дальше и дальше отступала, пропуская вглубь юга советскую власть. Не долго думая, Варвара Васильевна с семьей Софьи покинули Архипо-Осиповку и обосновались в Пензе, куда через год перебралась и семья другой дочери Ольги. Спустя годы семьи дочерей отца Николая разрослись и разъехались, но память о его мученической кончине и единственная сохранившаяся фотография стали самой ценной семейной реликвией.

Никита Кияшко / Православный голос Кубани.

(83)

Оставить комментарий

Сохранен как Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *