Обновленческий раскол в Армавирском округе Северо-Кавказского края в 1922-1930 годы

История Русской Православной Церкви XX в. это удивительный пример водительства Святого Духа, Его живого присутствия даже в самые тяжелые и трудные времена, когда все внешние силы были направлены на уничтожение и максимальное разложение Церкви Христовой. Самым серьезной болезнью XX в. является обновленческий раскол, с помощью которого советская власть стремилась расколоть Церковь, разделив на множество враждующих партий. Но вершители судеб советского народа забыли о словах Иисуса Христа, навсегда оградившего Церковь от посягательств внешнего мира: «…и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18). Живым доказательством слов Спасителя стал совершенно очевидный для всех бесславный конец обновленческого движения, принесшего богоборческой власти лишь разочарование.

Сегодня среди специалистов давно признана справедливой оценка обновленческого раскола как стремления Политбюро и ОГПУ добиться организационного и идеологического разложения Русской Церкви. В связи с значительной разрозненностью источников к этому вопросу из исследователей практически никто не обращался. Эволюция обновленческого раскола и характер отношений Церкви и власти на местах отражены в некоторых публикациях автора статьи [1]. Настоящий материал основан на неопубликованных ранее документах Государственного архива Краснодарского края и архива Екатеринодарской епархии Русской Православной Церкви и характеризует положение обновленчества в Армавирском округе Северо-Кавказского края в 1922-1930 гг.

Обновленческий раскол на Кубани начал свою эволюцию с майского епархиального съезда 1922 г., на котором подавляющим большинством духовенства епархии во главе с архиепископом Кубанским и Черноморским Иоанном (Левицким) была признана легитимность церковной власти за группой «Живая Церковь» (далее – ЖЦ), захватившей высшую административную власть и стремившейся к обновлению Церкви в соответствии с духом времени. Идейным руководителем и главой кубанских обновленцев был член епархиального управления протоиерей Федор Иванович Делавериди, назначенный 4 августа 1922 г. уполномоченным образованного ЖЦ Высшего церковного управления (далее – ВЦУ) в крае  [2]. После съезда доверие духовенства к епархиальному управлению значительно возросло, «несмотря на определенное мнение о том, что в управлении [Епархиальном] сидят большевики», — как свидетельствовал сам Ф.Делавериди. На этом же съезде им был сформирован новый состав епархиального управления из лояльных к ЖЦ священников [3].

Основными проводниками идей обновленчества в 1922-1923 гг. были благочинные епархии, которые на собраниях духовенства практически не оставляли священникам никакого выбора, предлагая либо «встать на путь церковной революции», либо лишиться своих приходов. Большинство прихожан сельских храмов следовали за своими священниками, безоговорочно доверяя им. С целью укрепления позиций обновленчества протоиерей Ф. Делавериди заменил многих благочинных вместо противников ЖЦ на сторонников [4].

Священник Симеон Никольский. Фото 1901 г.

К моменту подчинения главы епархии и духовенства края ВЦУ Кубано-Черноморская епархия включала в себя два викариатства: Ейское и Армавирское. Ейскую кафедру занимал епископ Евсевий (Рождественский), а Армавирскую – до своей смерти 27 июня 1922 г. занимал епископ Симеон (Никольский) [5]. Есть основания предполагать, что в силу своего болезненного состояния (он продолжительное время был болен холерой) епископ Симеон не принимал участия в майском съезде и не был причастен к расколу.

После его кончины, как известно из «Комментированных списков иерархов по епископским кафедрам с 862 г.», 16 (29 н.ст.) сентября 1922 г. во епископа Армавирского был хиротонисан поддерживавший ВЦУ благочинный Михаил Орлинский, имевший большой авторитет и популярность среди кубанского духовенства [6]. Очевидно в это же время под руководством «епископа» Михаила было сформировано Армавирское окружное церковное управление. Относительно его епископской хиротонии достоверных сведений не выявлено, однако известно, что в ее участии принимал обновленческий епископ Казанский Иоанникий (Дьячков) [7]. Такое же окружное церковное управление было организовано в г. Новороссийске, ставшем центром третьего викариатства.

Армавирское викариатство включало в себя территорию бывшего Армавирского отдела, преобразованного 2 июня 1924 г. в Армавирский округ. Территория округа была расширена и в нее входили Армавирский, Вознесенский, Григориполисский, Каменнобродский, Кропоткинский, Курганинский, Лабинский, Невинномысский, Новоалександровский, Отрадненский, Петропавловский и Успенский районы (156 советов) [8].

«Епископу» Михаилу не пришлось столкнуться с оппозицией при управлении викариатством, так что, как писал епископ Краснодарский Флавиан (Иванов), он «увлек за собой большую часть епархии» в раскол [9]. В июле 1923 г. обновленческим Священным Синодом архиепископ Кубано-Черноморский Иоанн (Левицкий) был отправлен на покой, а Кубано-Черноморским епископом 16 августа назначен Михаил Орлинский [10].

Предположительно, около года Армавирское викариатство находилось во временном управлении «епископа» Михаила, и лишь 13 июля 1924 г. в г. Армавир с титулом «Армавирский и Майкопский» был назначен епископ Николай Чудновцев [11]. Одновременно с назначением епископа Николая решением Синода в состав викариатства были включены населенные пункты Майкопского округа Северо-Кавказского края.

В этот же период произошли серьезные изменения в государственном законодательстве о культах. В соответствии с инструкцией Наркоматов юстиции и внутренних дел от 15 апреля 1923 г. «О порядке регистрации религиозных обществ и выдаче разрешений на созыв съездов таковых» всем религиозным обществам предоставлялись большие права, чем прежним «двадцаткам». Об этом свидетельствует возможность регистрации собственного устава. При этом по-прежнему приходские советы оставались ответственными за религиозное имущество. Сохранились данные о составе приходских советов некоторых населенных пунктов Армавирского округа, сегодня входящих в состав Отрадненского района Краснодарского края.

Из документов 1924 г. известно, что в это время в состав приходского совета Рождество-Богородицкого храма станицы Отрадной входили Сергей Васильевич Чикильдин (хлебороб), Павел Иоакимович Матиенко (портной), Петр Иоаннович Нечаев (хлебороб), Петр Андреевич Кривобоков (хлебороб), Михаил Федорович Кандауров (хлебороб) [12]. Настоятелем храма в 1926 г. был протоиерей Иаков Дмитриев (1881 г.р.). Отец Иаков был выпускником Ставропольской духовной семинарии, в 1922 г. был награжден наперсным крестом, а в 1927 г. саном протоиерея. Вместе с ним служил псаломщик Михаил Курдюмов (1862 г.р.), выпускник духовного училища. В должности псаломщика он служил с 1880 г. В 1913 г. получил архипастырское благословение с выдачей грамоты.

В приходском совете Михаило-Архангельского храма станицы Надежной в 1924 г. состояли священник Вячеслав Григорьевич Веприцкий, священник Константин Михайлович Иванов, Косьма Носачев, псаломщик Андрей Новиков, псаломщик Ксенофонт Гайдман, Стефан Махно. Об отце Константине Иванове известно, что он родился в 1884 г., в 1906 г. окончил Ставропольскую духовную семинарию и поступил в епархиальное ведомство на должность псаломщика. В 1907 г. – диакон, в 1908 г. – священник. В 1916 г. за усердие к службе был награжден набедренником, в 1920 г. скуфьей.

В станице Попутной приходской совет состоял из 8 человек, в который кроме 4 человек причта входили Иван Матвеевич Иванов, Макарий Кудрин, Георгий Соколов, Игнат Наховский. В Константино-Еленинском храме служил с 1923 г. священник Евгений Фоменко – вначале штатным клириком, а затем настоятелем. В 1923 г. был награжден скуфьей, в 1927 г. наперсным крестом с возложением камилавки.

В Успенском храме станицы Удобной служили в 1924 г. два священника. Точно известно имя одного – Виктора Александрова (1884 г.р.), выпускника Ардонской духовной семинарии 1906 г. После окончания семинарии отец Виктор был рукоположен в сан диакона, а в 1907 г. в сан пресвитера. В 1911 г. занимал должность окружного духовного следователя. В 1911 г. был награжден набедренником, в 1919 г. скуфьей, в 1924 г. камилавкой.

В приходском совете Георгиевского храма станицы Подгорной из мирян были казначей Калинник Артемьевич Селиванов, Пантелеимон Краснов и Владимир Стефанович Дробот [13]. Сложная ситуация в приходе сложилась в  1925-1926 гг. Группа верующих «тихоновцев» стремилась закрепить станичный храм за канонической общиной, однако это сделать не удалось, и 1 января 1926 г. Армавирским окружным отделом ОГПУ было дано разрешение на регистрацию обновленческой общины Георгиевского храма [14]. В 1927 по 1933 гг. в станице служил священник Василий Терентьевич Черныш [15].

В 1920 г. настоятелем Никольского храма станицы Спокойной был назначен священник Александр Щадилов, но, вероятно, от этого назначения он отказался. В 1928 г. в состав ядра прихода Николаевского храма станицы Спокойной кроме священника Пантелеимона Чехова входили церковный староста Григорий Спиридонович Кабаненко, Филимон Власьевич Просфиряков (фельдшер, неоднократно выступал против «тихоновцев» на епархиальных съездах), Клим Иванович Чаплынский, помощник ктитора, Роман Васильевич Благодаров, алтарник, и Иван Гаврилович Тупольский [16]. Отец Пантелеимон (1879 г.р.) был выпускником Воронежской духовной семинарии, служил в Спокойной с 1923 г., в 1924 г. был награжден золотым наперсным крестом. Вторым священником прихода с 1922 по 1929 гг. был отец Димитрий Андреевич Нарыжняк [17].

В Михаило-Архангельском храме станицы Исправной с 1915 г. продолжал служение священник Николай Копачевский (1885 г.р.), выпускник Донской духовной семинарии. На службе в епархиальном ведомстве отец Николай состоял с 1907 г. Священником – с 1909 г. В Дмитриевском храме станицы Передовой в 1926 г. служил протоиерей Василий Авдеенко.

В Покровском храме села Гусаровского в 1924 г. служил священник Архип Безродный. Службу Церкви он начал в 1910 г. псаломщиком, в 1917 г. диакон, в 1921 г. принял рукоположение в священный сан. В 1923 г. был награжден набедренником. Интересно заметить, что в документах 1925 г. отмечались его заслуги в деле ограждения прихода от «тлетворного влияния Тихоновщины» из хутора Опочиновского, Успенский храм которого принадлежал к канонической Патриаршей Церкви. Благочинный 43 округа докладывал в епархиальное управление, что «в приходе почти ни одного тихоновца» [18].

В храме хутора Подгорно-Синюхинского в 1924 г. служил священник Павел Дмитриевич Бельский (15 июня 1868 г.р.). Отец Павел из 1 класса Кавказской духовной семинарии был определен псаломщиком станицы Саманинской Терской области в 1884 г. 20 мая 1885 г. перемещен в ст. Тихорецкую. В 1896 г. был назначен диаконо-учителем к Николаевскому храму станицы Северской и рукоположен в сан диакона 15 июня. В 1899 г. перемещен в станицу Лабинскую. Преподавал Закон Божий в Лабинском двухклассном училище с 1903 г. 25 августа 1907 г. перемещен в станицу Урупскую. В 1922 г. он был рукоположен в сан священника [19].

Согласно данным ОГПУ за 1924 г., «тихоновское движение в Армавире было полностью ликвидировано», а господствующее положение заняли обновленцы [20]. На основании вышеприведенных материалов можно сделать вывод о полном уничтожении обновленцами канонического Армавирского викариатства в 1924 г.

Никольский собор города Армавира. Открытка 1911 года

После смерти Святейшего Патриарха Тихона (Беллавина) обновленцы провели 1-10 октября 1925 г. «III Всероссийский Поместный Собор Православной Церкви на территории СССР», на котором надеялись организовать воссоединение с канонической Патриаршей Церковью («тихоновцами»). Однако этого не произошло. С целью обсуждения решений «Поместного Собора» и информирования духовенства о сложившейся на нем ситуации 16 ноября 1925 г. в г. Армавире в Никольском соборе был собран окружной съезд духовенства и мирян Армавирского викариатства. На съезде присутствовало 75 человек, его работа длилась два дня. Как известно из доклада присутствовавшего на съезде сотрудника подотдела милиции Евсеева, много говорилось о необходимости «сплочения и единения», были проведены дополнительные выборы на освободившиеся должности членов окружного церковного управления. «Были выдвинуты первые кандидаты из высшего церковного духовенства, каковые от своих кандидатур отказались, ввиду того, что теряется их доходность на местах. Из этого видно, что среди их рядов есть недовольство высших и низших чинов. В добавок не все принимали активность», — сообщал представитель милиции[21].

Для обсуждения решений Собора и с целью выборов нового благочинного и благочиннического совета 36 округа 24 декабря 1925 г. в Никольском храме станицы Лабинской был собран съезд духовенства и мирян благочиния, на котором присутствовали 64 человека. С докладом о деяниях «III  Всероссийского Поместного Собора» выступил епископ Армавирский Николай, в котором он подчеркнул, «что примирение между Синодом и «староцерковниками» не достигнуто по причине разделений в правящих сферах и старо-политической ориентацией «староцерковников». Чувство сомнения у некоторых священников и мирян в каноничности Собора епископ Николай стремился заглушить утверждением о полной поддержке Собора и Синода Вселенским Патриархом Василием, направившем свое Послание делегатам.

В заключение работы члены съезда приняли постановление, в котором выразили убеждение, что «Синодальный курс, принятый нашей епархиальной церковной властью, единственно правильный путь; так как он неизменно ведет к миру и успокоению среди верующих». «Староцерковнические же тенденции, часто соединяемые со старо-политическими чаяниями, все менее и менее встречают сочувствия среди пастырей и мирян. Верим и надеемся, что корабль Кубанской церкви, руководимый такими опытными кормчими, как митрополит Михаил и епископ Николай, преданными идеалу идейного церковного обновления, выйдет из временной церковной разрухи, сохранит в чистоте и усвоит великие начала истинно-христианского духовного обновления» [22]. Очевидно, что обновленческая иерархия старательно стремилась сформировать в глазах приходского духовенства и мирян образ сторонников Патриарха Тихона как борцов за монархию и царя.

Обновленчество в Армавирском округе в некоторых чертах заметно отличалось от положения раскола других округов Кубани. Это отличие заключалось в частичном восприятии раскола простыми прихожанами, которые стремились придерживаться высшей церковной иерархии и подчиняться Священному Синоду, но при этом сохранять привычные им формы православной обрядности. Приходской совет Покровского храмов станицы Тифлисской и хутора Северина в присутствии члена Кубано-Черноморского епархиального управления протоиерея В.Молчанова 27 декабря 1925 г. выразил всем приходом «свою готовность быть преданными своему Владыке, митрополиту Михаилу, и стоять в святой православной вере», однако прихожане просили, «чтобы для успокоения верующих Владыка Михаил как можно осторожнее разрешал браки разведенных и если это будет допустимо, то всякий раз только после отзыва Приходского собрания верующих». «Мы просим и на наш приход не назначать второбрачных священнослужителей и для нашей епархии не назначать женатого Епископа» [23].

В дальнейшем раскол значительно укрепился на территории округа. Это подтверждают данные статистической таблицы «для сведения областных, окружных и оргбюро ВКП(б) о численности обновленческих структурных единиц Русской Православной Церкви в округах Северного Кавказа по данным Краевого комитета ВКП(б) 1 января 1926 г.», согласно которой в Армавирском округе насчитывалось 111 храмов и 293 священнослужителя. Для сравнения стоит заметить, что канонических храмов в округе было только 37 [24].

В 1927 г. «епископ» Армавирский Николай был назначен «архиепископом Донским», а главой викариатства стал «епископ» Николай Розанов. Согласно «Комментированным спискам иерархов по епископским кафедрам с 862 г.», в 1928-1929 гг. на Армавирской кафедре был епископ Василий Смелов [25].

 В 1928 г. архиепископ Александр (Шубин) и заместитель председателя Кубано-Черноморского епархиального управления протоиерей В.Молчанов проводили инспекционную проверку Новороссийского и Армавирского окружных церковных управлений [26]. Можно предположить, что целью этой инспекции была необходимость уточнения на месте возможности организации самостоятельных епархий.

Для укрепления авторитета обновленцев 5 сентября 1928 г. Армавир посетил «митрополит» Александр Введенский и в Никольском городском соборе выступил с лекцией «Положение Церкви и ее задачи» [27]. Это событие произвело значительное волнение среди верующих округа и усилило позиции обновленчества.

В 1929 г. Армавирское викариатство Кубано-Черноморской епархии было выделено в самостоятельную епархию и сформировано епархиальное управление. Подтверждением настоящего заключения служит документ, выданный члену Армавирского епархиального управления А.В. Филомафитскому, который был командирован в епархиальное управление в г. Краснодар и участвовал в приеме и передаче личных дел духовенства Армавирской епархии, «кои в связи с выделением самостоятельной Армавирской епархии должны были бы переданы в ведение АРМЕУ [Армавирского епархиального управления]…», — сообщалось в документе [28]. В этих материалах председателем Армавирского епархиального управления указывался «архиепископ» Армавирский и Майкопский Илия.

Итак, раскол в Армавирском округе имел характерные черты, заметно отличавшие его от обновленческого движения в других районах Кубани. Сельское население принимало раскол лишь в форме подчинения высшей «Московской» иерархии, входившей в Священный Синод, и местным епископам. При этом сохранялись все привычные формы православной обрядности, а именно: нежелательность совершения в приходе церковных браков над разведенными, сопротивление назначению второбрачных священнослужителей и женатого епископа. Оппозиция расколу в округе не имела организованной формы движения, а поэтому не представляла из себя серьезной опасности для епархиального управления. В основном, борьба велась среди прихожан на местах за право владения тем или иным храмом.

Скудность имеющихся материалов не позволяет широко охарактеризовать и выявить релятивные черты раскола в округе. Однозначно можно утверждать о том, что работа окружного церковного управления находилась под пристальным вниманием ГПУ.  Формирование самостоятельного епархиального центра свидетельствует о желании духовенства округа получить самостоятельность в решении местных вопросов церковной жизни. Начиная с 1930-х гг., стало очевидным нравственное разложение части обновленческого епископата, что замечали и рядовые священники.

Н.В. КИЯШКО,

секретарь Комиссии по канонизации святых

Материал опубликован: Кияшко Н.В. Обновленческий раскол в Армавирском округе Северо-Кавказского края в 1922-1930 гг. // Отрадненские историко-краеведческие чтения. Вып. V: Материалы международной научной конференции, посвященной 160-летию основания станицы Отрадной / Науч. редактор С.Н. Малахов, сост. С.Г. Немченко. Армавир.: Издатель Шурыгин В.Е., 2017. С. 168-173.

(8)

Оставить комментарий

Сохранен как Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *