Православная жизнь в станицах района г. Горячий Ключ по архивным документам и полевым материалам кубанских фольклорно-этнографических экспедиций (конец XIX – начало XXI в.)

Православная вера являлась основополагающей в иерархии ценностей кубанского казачества. На её обычаях и традициях созидалась как общественная, так и семейная жизнь жителей первых станиц района г. Горячий Ключ.

С момента основания станиц первопоселенцами возводились молитвенные дома на деньги прихожан, затем строились деревянные церкви на средства выделяемые от Войска и казны в размере 9-10 тыс. рублей и жителей станицы в размере около 3 тыс. рублей. Таким образом, первые церкви начали действовать с 1864-1866 гг. в ст. Мартанской, Имеретинской, Суздальской, Бакинской, Пензенской, Ключевой, Фанагорийской, Саратовской, Черноморской [1]. В станицах Абхазской и Кутаисской самостоятельная приходская жизнь началась после возведения церквей: в ст. Кутаисской с 1885 г., Абхазской с 1894 г. До этого времени жители ст. Абхазской относились к приходу ст. Имеретинской, а жители ст. Кутаисской к приходу ст. Черноморской [2]. Вскоре на месте первых обветшалых церквей казаки сооружали новые, построенные, например, в ст. Бакинской в 1876 г., в ст. Саратовской в 1878 г., в ст. Суздальской в 1892 г., в ст. Черноморской в 1888 г., в Мартанской в 1892 г. [3].

Строились они, как правило, из местного дуба на каменном фундаменте под железной крышей и были окружены деревянной оградой. Колокольня уже не стояла отдельно, а была совмещена с остальным корпусом церкви. Деревянные храмы внутри и снаружи были выкрашены краской, например, в ст. Мартанской белой, в ст. Абхазской зелёной [4]. В начале XX в. казаки в кубанских станицах начали возводить кирпичные храмы больших размеров, чего не наблюдалось в районе г. Горячий Ключ. До 30-х гг. XX в. здесь функционировали деревянные церкви, возведённые во второй половине XIX в.

С конца 1928 г. по 1929 г. начали быстро нарастать массовые гонения и репрессии против всех течений Русской православной церкви, возникших в результате «обновленческого» и «григорианского» расколов. К 1931 г. в Горячеключевском районе у «тихоновцев» числилось 2 молитвенных здания, у «обновленцев» 10 молитвенных помещений [5]. С приходом на Кубань немцев наблюдалось возрождение церковной жизни, богослужения возобновлялись в помещениях, приспособленных под церковь. Священник вместе с прихожанами участвовал в решении хозяйственных и финансовых вопросов, касающихся прихода. В 60-х гг. XX в. в функции настоятеля входило только духовное окормление прихожан, наблюдение за благолепием и уставностью богослужения. Устранение настоятеля от административно-хозяйственных дел ставило его в ложное положение, затрудняло духовное окормление паствы, порождало конфликтные ситуации. Власть старост приобретала непомерные масштабы.

Изначально во главе церковной общины/прихода стоял священник, который отвечал, как за духовное, так и материальное благосостояние прихода. Все священники вели просветительскую деятельность, как-то: «внебогослужебные собеседования» в храме, преподавание закона Божьего в церковных и министерских школах. В период военных действий осуществляли благотворительную работу, направленную на оказание всесторонней помощи семьям воинов. Так, священник ст. Кутаисской Пётр Афанасьевич Лаванов, являясь председателем школьного попечительства взял на себя обязанности «председателя комитета о помощи раненым и их семьям» [6]. В его обязанности входила выдача казённых пайков, денежных сумм, пересылка подарков на фронт и т. д.

Заработная плата на 1914 г. у духовенства района складывалась из следующих источников: от Кубанского казачьего войска, от братских доходов, от аренды земельного участка, за законоучительство в Министерских училищах [7].

Среди жителей района считалось, что «щастье буде», если батюшка посетит дом перед праздником (Март305). В ст. Саратовской говорили, что батюшка перед праздником «ходыл с новынкой» (новина – новый урожай зерна или натуральных продуктов) (Сар3677), в Мартанской «приходил с малитваю» (Март305). За молитвы в доме перед праздником жители «одаряли батюшку». На подводу несли кто что мог, чаще пшеницу, яйца, сало, колбасы (Март305, Имер4252). В детских воспоминаниях информаторов осталось посещение домов священником не только перед праздниками, но и в воскресные дни: «молытву читав, и мы ото хрэст цылувалы. У очирыдь стоялы» (Сар3977). Такие посещения прихожан на дому имели большое значение, так как способствовали установлению доверительных отношений между священником и паствой.

С начала 30-х годов XX века началось разрушение храмов, с 1918 г. ссылки и расстрелы священников и станичников, трудившихся в церкви (Март314, Март3942, Сузд3954, Сар3976, Сар3977, Март4232, Сар4243, Имер4253). «Тода ж кто богомольный, кто в церкви дюже був, их тоже посажали […], влепили десять лет и сиди» (Имер4254). Двоюродный брат жительницы ст. Мартанской на приказ новой власти «уничтожить иконы» ответил отказом, за это был расстрелян (Март3942).

В 1937 г. расстреляли священника ст. Мартанской: «Отец Иоанн лет 50 ему было. Шесть деток. Хорошие они были прихорошие. И обидно было, что их постреляли. А потом ходил парень, взялся да стал искать, где их судили. Никто не знает где, похоронили где – не знает никто […]. Он взял, начал запросы посылать. Тогда отвечают, что судили в Краснодаре, расстреляли в Трёх Дубах. А эти Три Дуба – их Кубань затопила» (Март3942). О нём же вспоминает другой респондент: «Невисилов фамилия (в первом случае называют фамилию Девясилов — С. Г.) []. В 36-м его забрали […], четверо или пятеро детей було, и его тоже расстреляли […]. Тройка судила в Краснодаре. Присудила к высшей мере. Или расстрел, или 10 лет» (Март314). По свидетельствам наших информаторов, в станице Имеретинской, сделали из церкви клуб, священника расстреляли. Примерно в 80-х гг. XX в., когда строили здание администрации, копали землю под фундамент и обнаружили могилу: «Открыли угол и нашли в церковном одеянии женщина и мущина, батюшка. Вызвали (милицию — С. Г). Они нетленно, даже одежда была. Я помню, я в Совете работала […]. Мы прибежали и уже их в машину погрузили» (Имер4253).

Трагична судьба отца Рафаила Ивановича Тихова, служившего в ст. Мартанской. С 1943 г., чудом выйдя из тюрьмы, где сидел вместе с другими в подвале, который заливали постепенно водой, он ещё там пообещал Богу служить верой и правдой до конца жизни. Когда его выпустили и назначили настоятелем Михайло-Архангельского храма, выглядел он, «как нищий странник»: «Пошел он к старосте, а он его не пустил, не поверил» (что это новый настоятель — С. Г.) (Март3942).

Станичники/прихожане рассматриваемых станиц в своем значительном большинстве были казачьего происхождения. Первые церкви (молельные дома) возводились только на их средства. Это Покровская в ст. Черноморской, Казанская в ст. Имеретинской, Вознесенская в ст. Суздальской, Покровская в ст. Бакинской, Михайло-Архангельская в пос. Фанагорийском [8]. На их пожертвования церкви украшались иконами, крестами, росписями; строились иконостасы, церковные ограды; покупались богослужебные предметы: кадила, умывальницы, венцы и т. д. [9]. Во время и после оккупации при решении финансовых проблем — сбор средств на строительство церкви, покупка свечей, икон — жители использовали народные традиции: ходили по дворам группой в 6 человек и исполняли щедровки и колядки (Март4237).

Во время церковной службы строго соблюдался принцип размещения прихожан внутри церковного пространства по половозрастному признаку: в передней части возле алтаря стояли дети, мужчины — справа, женщины — слева (Сар3976, Март4232). В передней части могли стоять и мужчины, а «женщины як сзади» (Сузд3955).

Семья или «малая церковь» являлись продолжением храма. Старшее поколение передавало церковные традиции своим детям и внукам. Прежде всего, в семье учили детей основным молитвам: «Царю Небесный», «Достойно есть», «Верую» (Март305, Сар3976, Сар3977, Март4223). Молились утром и вечером, перед едой и после, «редко, когда просто крестились». Глава семьи обязательно читал молитву и крестил пищу (Март305, Март317). Помимо вышеназванных молитв, встречаются и неканонические, например, читалась после еды: «Спасибо Богу, Матыри Божий, за хлеб, за соль, за дар Божый!» (Сар3976). Перед началом любой работы в семье молились, обычно краткой молитвой: «Господи благослови!» (Март324, Бак3925).

Родители приучали детей почитать старших: на большие праздники, а именно под Рождество Христово, дети несли кутью крёстным, бабушке и дедушке, а затем соседям и старшим братьям, сёстрам, имевшим свои семьи, «в платок заворачивали и несли» (Имер4262, Март305, Март319, Март4239). Отделившиеся дети на Пасху шли к престарелым родителям, кумовьям разговеться, затем родителей приглашали к себе (Март305, Март318, Бак3922, Сар3952).

Невестки всегда помогали родителям мужа, что могло выражаться в следующих действиях: «вечером свёкру и свекрухе мыла ноги» (Март4223), работали по хозяйству, когда те шли в церковь (Имер4262). Следуя пятой заповеди, дети тогда очень уважали старших: «чё там старый человек скажет, а ты не должен отговариваться, […] перечить нельзя» (Имер4262).

Особое отношение было к нищим, старцам. Если в каком-то доме были гулянья (свадьба, крестины, двунадесятый или престольный праздник), старались в первую очередь накормить нищих (Сар3985).

В детских воспоминаниях информаторов сохранились эпизоды хождения к Причастию (Март3942, Сузд3971, Сар3978), к Плащанице Спасителя, которую выносили в страстную пятницу (Сар3952, Сузд3953), рождествование со звездой по домам станичников, качели и игры с яйцами на Пасху (Сар3976).

В семьях девочек приучали в церковь «ходить покрытыми» (с покрытой головой — С. Г.) (Март318, Март321). В советский период времени детей посылали в церковь освящать паски и яйца за несколько километров – в ст. Мартанскую (Бак3940). Также ходили вместе с бабушками в молельные дома (Сузд3958).

По праздникам, после прихода из церкви, за праздничным столом пелись церковные песнопения, «Божэствэни песни» (Сар3976). Станичники остерегались работать в большие праздники, т. к. верили в Божье наказание (Сузд3972, Бак3915, Имер4262).

Когда в семье заболевал ребёнок, родители обращались, как правило, за помощью к «бабушкам», но нередки случаи прибегания к помощи церковных святынь, несущих целебную благодать Духа Святаго. Лечились рукавичкой (вещь, освящённая на святых мощах — С. Г.), принесённой бабушкой респондента из Киева (Сузд3971), венчальным платьем или фатой (Март328, Март4232), освящённой водой с молебна и просфорой (Март310), освящённым на праздник Фёдора Тирона коливом (Март305), троецкой травой, взятой из-под колен во время церковной службы (Март325), крещенской водой (Бак3940, Март4237, Имер4262). Исцеляло и само таинство крещения (Март328).

В первые десятилетия советской власти детей прихожан, расстрелянных за веру, преследовали и ущемляли в правах (Сар3976), высылали иногда целыми семьями и тех, кто отказывался работать в колхозе на Пасху (Сузд3953, Сузд3970), запрещалось ходить по станице на праздники с щедровками и колядками (Бак3910). На месте разрушенных храмов сооружались школы, стадионы, спортплощадки, дома культуры (Март319, Сузд3971, Сузд3954, Сузд3955, Сузд3958, Сузд3965, Сар3997, Имер4252, Имер4253). Старшее поколение не разрешало своим внукам ходить в увеселительные места, возведённые на месте храмов, говорили: «там церковь, плачет там кто-то по ночам» (Имер4262); на клуб — «цэ ж цэрква» (Бак3915). Осуждали тех, кто участвовал в разрушении храмов, осквернял иконы (Март3942).

Люди, разрушавшие храм, по словам информаторов, были местные комсомольцы. Они преждевременно оканчивали свою жизнь, одни от тяжких болезней, другие сразу же на месте (Март309, Сар3677, Бак3910, Бак3915, Март3942, Сузд3955, Сузд3970, Имер4253). Любовь к храму у местных выражалась в заботе о нем, его украшении: «Покрасили её (церковь — С. Г.) перед Троицей в голубой цвет […], красивая была, нарядная […], высокая […], с купола Краснодар было видно» (Сар3989); «В ручную пилили […], сделать такую красавицу трудно было, но сделали» (Март4237).

О том, что старшему поколению удалось передать знания о вере и любовь к Богу молодёжи, свидетельствуют рассказы старожилов 1930-1940-х гг. рождения. В ст. Мартанской, когда подожгли церковь, местные ребята, рискуя жизнью, вынесли из алтаря антиминс, иконы, священные книги: «Они комсомольцы, два Жоры […], как полковое знамя сохранили» (Март309). В 1950-1960-е гг. жители Горячеключевского района крестили детей, на праздники ездили в те станицы, где действовала церковь, в домах отмечали престольные дни. К престольному дню, как и старшее поколение, прихожане тщательно готовили церковь: мыли от пыли; чистили подсвечники; если престол приходился на Троицу, «одевали церковь» травой и цветами (Сар3677).

Жизнь человека строилась согласно календарному году, включавшему в себя великие двунадесятые и малые праздники, посты, дни поминовения усопших. Со слов своих родителей, бабушек и дедушек наши респонденты вспоминают, что в семьях обязательно держали посты не только многодневные, но и однодневные (пятница и среда), ничего не ели до выноса плащаницы в «страшну пятницу» (страстную пятницу — С. Г.) и под Рождество Христово (Март305, Март318, Сузд3954). В ночь под Рождество старались не спать, а «славить Бога» – читали и пели разные молитвы (Март305). Вечерять начинали всей семьёй лишь после того как из церкви была принесена освящённая вода под Крещение или освящённые яйца и паски на Пасху. По праздникам одевали лучшую одежду: «Так с холстины носили, а как в церковь — ситцевую» (Март305). Детям родители старались купить к празднику обновку. Например, к Пасхе — «сандалики красни, платичка, хлопцам — рубашки» (Сар3976).

Святой угол в доме преображался в связи с тем или иным праздником. Под Рождество Христово «на покуть» клали сено, на него — кутью, приготовленную из пшеницы, куда вставлялся крестик, сделанный из сена (Сузд3953, Сузд3971). Кутья украшалась крестом из ягод с узвара (Март305) или конфет. Перед образами, на стене, коптили крест свечой, принесённой из церкви после прочтения 12-ти Евангелий «под пятницу» и на праздник Крещение Господне (Имер4262). В Вербное воскресенье ставили в святой угол освящённую ветку вербы (Март4222). На Троицу клали травку и веточки с деревьев (Март325). На Пасху крашеные яйца и паски (Сузд3953). На Первый Спас, по словам респондента, все жители святили мак. Им посыпали цыплят, коров, «шоб никто не позавидовал на них» (Март308). На праздник в святом углу всегда горела лампада или зажжённая свеча. Угольник застилался рушниками (Сузд3953, Сузд3965, Сар3978), на каждой иконе висело полотенце, как и в церкви. Жители ст. Мартанской говорят о том, что традиция вешать в святом углу занавесочки и закрывать ими иконы появилась гораздо позже (Март305, Март308). В домах наших респондентов мы отмечали существование двух святых углов, расположенных по диагонали (Сар3676). При входе в дом крестились на иконы (Март321). Самыми распространёнными иконами в домах станичников были: «Иисус Христос», Богоматерь «Праворучица», «Троеручица», «Неапалимая Купина», «Николай Угодник, Иоанн Креститель» (Март321, Имер4248).

В период поста жизнь людей менялась. Перед началом Великого поста, после масляной недели в церкви «начинали прощаться», при этом говорили такие слова: «Прости, если я чем обидела. И ты, Господи, прости, чтоб нам пост провести без соблазнения, без греха […]. Прости сестрица, прости братец […]. Батюшка у нас просе […], мы у батюшки» (Март305). В субботу вечером, остатки скоромной пищи «сносили бедным, у кого коровы нет» (Сар3977). В «жиловый поныдилок» старались не работать (Имер4262), пекли «жиляныкы» — лепешки, которые делались на воде, соде и муке с добавлением соли и употреблялись в пищу вместе с тёртым хреном. Скоромного в пост не ели, «всэ на постном масли робылы» (Сар3977). В церковь одевали чёрную одежду (Март305). В посты существовал запрет на свадьбы, гулянья, игры. Однако, сидя за рукоделием, могли вслух читать молитвы, в редких случаях петь духовные стихи (Март324, Март326). Смысл текста стихов наполнен покаянием и назиданием:

«Чтоб во всем иметь смиренье, хуже всех себя считать,

Ума и сердца помышленья в молитве Богу наполнять» (Март303).

Они располагали душу человека к осознанию своих грехов, раскаянию в них и обретению веры и надежды на Бога:

«Боже, ты моя надея, мая радость в жизни сей.

Упокой же миня, Боже, в горькай участи моей» (Март303).

В конце первой недели Великого поста, в день памяти св. Фёдора Тирона, станичники освящали коливо (варёная пшеница с мёдом — С. Г.) (Март305). От Пасхи до Вознесения станичники «хрыстосувалысь», т. е. приветствовали друг друга словами: «Христос Воскресе», отвечали «Воистину Воскресе!», (Сузд3954, Сар3976). В день Вознесения говорили: «Вознеси меня, Господи, на небеса!» (Сар3976).

Большую роль в жизни казачьих станиц района г. Горячий Ключ играли престольные праздники, которые отмечались весело и дружно. Приезжали люди с близлежащих станиц, хуторов и останавливались с ночёвкой у родственников. Кто не имел родных в станице, располагались на ночлег возле церкви. Местные готовили общий обед в ограде церкви для своих и приезжих (Имер4262, Сузд3971). К престольному празднику жители станиц жертвовали продукты. В ст. Суздальской, например, по дворам ходили с батюшкой, который читал молитвы, а женщины собирали пожертвования (Сузд3961). В советское время, когда запрещалось празднование престольных дней, станичники и приезжие шли в церковь, а после расходились по домам, где накрывали стол. Собирались родственники и соседи. За обедом пелись песни и велись разговоры (Март311).

В традиционной культуре, в обрядах жизненного цикла (родильно-крестильный, свадебный и похоронный) и окказиональных обрядах (освящающих житейские нужды), мы наблюдаем синкретизм православных и дохристианских обрядов и обычаев.

В свадебном обряде в первый день свадьбы, перед тем как ехать к венцу, обязательным являлось благословение родителей. Сначала они трижды благословляли жениха иконой, хлебом и солью, при этом он стоял на коленях на шубе (Бак3922). В ответ жених целовал икону, хлеб и родителей. Родители невесты также благословляли свою дочь, а затем её с женихом, после чего они ехали венчаться в церковь с родительским благословением (иконами). Обычно родители говорили: «Благословляем вас диты, шоб вам было щастье, здоровье» (Март4222, Сар3978, Бак3925) или крестили головы детей, говоря: «Плодитесь» (Сузд3972). Невесту благословляли иконой с женским образом (Пресвятая Богородица), чаще «Казанской», потому что «она охраняет брак» (Сузд3972), а мужчину иконой с изображением Иисуса Христа, Николая Угодника. На вопрос почему благословение происходило на шубе, отвечали: «шоб богатство было, добро было, шоб любовь была» (Сузд3972). Были случаи, когда жениха и невесту вели после венчания домой в венцах (Март4232). Гильце (свадебный атрибут — С. Г.) во время празднования свадьбы могло стоять на угольнике в святом углу вместе с иконами (Март314).

Перед родами роженица с молитвой обращалась к Божьей Матери: «Будь покровительница надо мной и над моим младенцем», после шла в храм, причащалась и просила, чтобы ребёнок рос и не болел (Сузд3957).

Говоря об имянаречении, важно отметить, что имя новорождённому давал священник. Бабушка, принимавшая роды, на следующий же день несла его к батюшке, который называл младенца по святцам (Март320). Имена детей в семье могли повторяться.

Окрестить ребёнка в досоветский период старались в первые дни его рождения, что объяснялось высокой смертностью новорождённых и воцерковлённостью станичников. В советский период крещение откладывалось на неопределённое время. Чаще детей «октябрили», а после всё равно крестили, но тайно. Во время таинства крещения кровные отец и мать в церковь не заходили. В обязанности крёстного отца входила материальная часть вопроса – покупка крестика и вознаграждение священника. Крёстная мать обычно держала ребёнка на руках во время таинства, а после приносила родителям со словами: «Ну брали мы у вас ребёнка некрищёнова, немалитвенава, теперь мы принесли крищёнава и малитвенава вам». В ответ кровные родители отвечали: «Спаси Господи, вам, шо покрестили» (Март319).

В досоветский период напутственным молебном на церковной площади провожали казаков на службу и благодарственным встречали. В благодарность о благополучном возвращении в церковь казаки заказывали иконы, делали пожертвования.

Православная символика прослеживается и в окказиональных обрядах. Приведённые ниже обычаи не являются распространёнными во всех станицах рассматриваемого района, однако бытовали и сохраняются до сих пор.

Перед тем как строить дом старались найти подходящее место, для этого звали священника, который на месте строительства забивал четыре колышка. Как построили, снова приглашали его, чтобы освятить дом. Во время строительства в святой угол закладывали деньги (Сар3977). В новый дом первым входил хозяин с иконой, и хозяйка с кошкой (Март308). При строительстве в большой хате, так называлась одна из комнат жилища, ставили три окна, объясняя, что так «по-Божьему» (Март307).

Во время засухи жители станиц района собирались около своего храма и крестным ходом шли «з охрыстамы» на поле, где служили молебен, «просили Бога, чтобы пошёл дождь» (Март325, Сар3976, Сар3977). Либо заказывали обедню и молебен в церкви, а потом шли «со святостями (запрестольный крест, иконы, хоругвии – С. Р.) по степам» (Март324).

В кон. XIX – нач. XX вв. существовала традиция окропления скота в день его первого выгона весной, который приходился на какой-либо праздник. Служился молебен на улице «каждый скотину подгоняе и батюшка освящае» (Март325). Эта традиция была также не повсеместна, особенно в советское время, когда хозяйка могла сама перед первым выгоном окропить «скотину» крещенской водой.

Возрождение Церкви и приходской жизни в начале 1990-х гг. XX в. дало возможность жителям некоторых станиц района г. Горячий Ключ восстановить свои разрушенные храмы и открыто исповедовать веру, как это делали их деды и прадеды.

С.Н. ГЕТМАНСКАЯ,

к.и.н., старший научный сотрудник НИЦ ТК ГБНТУ «Кубанский казачий хор»

Примечания

  1. Государственный архив Ставропольского края (далее – ГАСК). Ф. 135. Оп. 47. Д. 402. Лл. 1 об.; Оп. 26. Д. 790. Л. 257, 263, 269; Оп. 24. Д. 643. Л. 231; Оп. 72. Д. 1727. Л. 79, 92, 104, 156.
  2. Там же. Оп. 26. Д. 790. Л. 257, 269.
  3. Там же. Оп. 72. Д. 1727. Л. 104, 116; Оп. 74. Д. 1038. Л. 182.
  4. Там же. Оп. 47. Д. 402. Лл. 1 об.-2; Оп. 74. Д. 1038. Л.1-6 об.
  5. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-5263. Оп.1. Д. 1534. Л. 90.
  6. ГАСК. Ф. 135. Оп.74. Д. 1038. Л. 81 об.
  7. Там же. Оп.72. Д. 1727. Лл. 79, 92, 104, 116, 142, 156.
  8. ГАСК. Оп. 26. Д. 790. Лл. 257, 269,Л. 263; Оп 24. Д. 643. Л. 231; Оп. 72. Д. 1727. Лл. 156-159.
  9. Там же. Оп. 47. Д. 402. Л. 22 об.

Список полевых материалов

Март303 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к303. ст. Мартанская. Инф.: Колесниченко Е. У., 1930 г.р. Мишурова М. В., 1923 г. р.Иссл.: Шептун С. В.

Март305 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к305. ст. Мартанская. Инф.: Мамаева М. П., 1916 г.р. Иссл.: Шептун С. В.

Март307 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к307. ст. Мартанская. Инф.: Гришина М.Я., 1923 г.р.; Мишурова М. В., 1923 г.р., Марченко П. Г., 1906 г.р. Иссл.: Чмырёва И. Ю.

Март308 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к308. ст. Мартанская. Инф.: Мамаева М. П., 1916 г.р. Иссл.: Чмырёва И. Ю.

Март309 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к309. ст. Мартанская. Инф.: Колесниченко Е. У., 1930 г.р. Иссл.: Семенцов М. В.

Март310 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к309. ст. Мартанская. Инф.: Колесниченко Е. У., 1930 г.р. Иссл.: Семенцов М. В

Март311 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к311. ст. Мартанская. Инф.: Гадинина П. З., 1912 г. р.; Никонова В. Г., 1958 г. р. Иссл.: Семенцов М. В.

Март312 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к312. ст. Мартанская. Инф.: Карпенко М. Т. Иссл.: Раевская И.

Март314 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к314. ст. Мартанская. Инф.: Бражников С. П., Бражникова А. Т. Иссл.: Раевская И.

Март318 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к318. ст. Мартанская. Инф.: Панченкина Г. Т, 1911 г.р., Спиридонова Е. М, 1917 г.р. Иссл.: Чмырёва И. Ю.

Март319 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к309. ст. Мартанская. Инф.: Панченкина П. Т., 1911 г. р., Корткова Н. П., 1905 г.р. Иссл.: Креминская В. Ю.

Март320 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к320. ст. Мартанская. Инф.: Короткова Н. П., 1905 г. р. Иссл.: Креминская В. Ю.

Март321– ПМ КФЭЭ – 1992. а/к321. ст. Мартанская. Инф.: Носатова А. В., 1915 г. р., Короткова Н. П., 1905 г. р. Иссл.: Креминская В. Ю.

Март324 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к324. ст. Мартанская. Инф.: Куприкова В И, 1913 г.р., Горина Е. Л, 1910 г.р.

Март325 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к325. ст. Мартанская. Инф.: Крячина Е. Л., 1910 г.р.

Короткова Н. П., 1905 г.р. Иссл.: Куртометова Ф.

Март326 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к326. ст. Мартанская. Инф.: Матющенко А. С., 1926 г.р. Иссл.: Зуб Е. В.

Март328 – ПМ КФЭЭ – 1992. а/к328. ст. Мартанская. Инф.: Попова Л. А., 1942 г. р., Гавриленко В. Н., 1921 г. р. Иссл.: Жиганова С. А.

Сар3676 – ПМ КФЭЭ – 2006. а/к 3676. ст. Саратовская. Инф.: Белоножко О. А., 1913 г. р. Иссл.: Бондарь Н. И.

Сар3677 – ПМ КФЭЭ – 2006. а/к 3677. ст. Саратовская. Инф.: Василенко М. П., 1916 г. р. Иссл.: Зудин А. И.

Бак 3910 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3910. ст. Бакинская. Инф.: Сенявская (Кинах) М. Я., 1925 г. р. Сенявский Г. Е., 1922 г. р. Иссл.: Зудин А. И.

Бак 3915 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3915. ст. Бакинская. Инф.: Адабаш З.Н. Иссл.: Кузнецова И. А.

Бак 3922 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3922. ст. Бакинская. Инф.: Адабаш З.Н. Каркач М. А., 1922 г. р. Иссл.: Кузнецова И. А.

Бак3925 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3925. ст. Бакинская. Инф.: Чумак А. П., 1936 г. р.; Буланый А. М., 1931 г. р. Иссл.: Логвинова В. А.

Бак 3940 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3940. ст. Бакинская. Инф.: Лазаренко (Малая) В. Н., 1939 г.р., Захарченко (Малышко) Е. А. 1937 г.р. Иссл.: Жиганова С. А.

Март3942 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3942. ст. Мартанская. Инф.: О. Сергий Брусов, Колесниченко Е. У., 1930 г. р. Иссл.: Кузнецова И. А.

Март3943 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3943. ст. Мартанская. Инф.: Колесниченко Е. У., 1930 г. р. Иссл.: Кузнецова И. А.

Сузд3952 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3953. ст. Суздальская. Инф.: Сандальчиди Н. М., 1940 г. р. Иссл.:Зудин А. И

Сузд3953 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3953. ст. Суздальская. Инф.: Сандальчиди Н. М., 1940 г. р., Проценко М. Ф., 1926 г. р. Иссл.:Зудин А. И.

Сузд3954– ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3954. ст. Суздальская. Инф.: Ганиляк А. А., 1917 г. р. Обруч Т. А.. 1919 г. р. Иссл.: Кузнецова И. А.

Сузд 3955– ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3955. ст. Суздальская. Инф.: Ганиляк А. А., 1917 г. р. Обруч Т. А.. 1919 г. р. Горбатенко М. Т. 1927 г. р. Иссл.: Кузнецова И. А.

Сузд3957 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3957. ст. Суздальская. Инф.: Люлюкова Н. Я., 1937 г. р., Иссл.:Кузнецова И. А..

Сузд3958 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3958. ст. Суздальская. Инф.: Радченко В. М., 1929 г. р. Яковенко М. А., 1936 г. р., Иссл.: Зудин А. И.

Сузд3961 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3958. ст. Суздальская. Инф.: Ждан Н. Е., 1923 г. р., Хижняк Т. К., 1938 г.р., Иссл.: Васильев И. Ю.

Сузд3965– ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3965. ст. Суздальская. Инф.: Панченко Л. Я., 1938 г.р. Панченко И. А., 1940 г. р.

Сузд3970– ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3970. ст. Суздальская. Инф.: Сушко Н. Д., 1927 г. р. Иссл.: Логвинова В. А.

Сузд3971– ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3971. ст. Суздальская. Инф.: Сушко Н. Д., 1927 г. р. Иссл.: Логвинова В. А.

Сузд3972– ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3972. ст. Суздальская. Инф.: Осипова (Левченко) В. А. 1928 г. р., Дудченко Н. Ф. 1961 г. р. Иссл.: Логвинова В. А

Сар3976 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3976. ст. Саратовская. Инф.: Вереса Е. К., 1918 г. р. Иссл.: Бондарь Н. И.

Сар3977 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3977. ст. Саратовская. Инф.: Вереса Е. К., 1918 г. р. Иссл.: Бондарь Н. И.

Сар3978 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3978. ст. Саратовская. Инф.: Крапивка У. С. 1928 г. р. Иссл.: Бондарь Н. И.

Сар3985 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3978. ст. Саратовская. Инф.: Чирва Г. М. 1924 г. р. Иссл.: Матвеев О. В.

Сар3997 – ПМ КФЭЭ – 2008. а/к 3997. ст. Саратовская. Инф.: Жданова М. Д., 1929 г. р. Иссл.: Логвинова В. А.

Март4222 – ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4222. ст. Мартанская. Инф.: Мажневская В. Г. Иссл.: Бондарь Н. И.

Март4223 – ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4223. ст. Мартанская. Инф.: Мишурова М.В. 1924 г.р., Кошель Е.М. 1926 г.р. Иссл.: Воронин В. В.

Март4232 – ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4232. ст. Мартанская. Инф.: Гончарова (Рыжкова) М. Ф. 1930 г. р. Иссл.: Рыбко С. Н.

Март4237– ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4237. ст. Мартанская. Инф.: Горбачёв И. А. 1927 г. р. Иссл.: Васильев И. Ю.

Сар4243 – ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4243. ст. Саратовская. Инф.: Кислова М. А. 1927г.р., Былынка В. П. 1926 г. р. Иссл.: Бондарь Н. И.

Имер4252– ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4252. ст. Имеретинская. Инф.:Ткачёв П. М., 1913 г.р. Шеремет А. П., 1947 г.р. Иссл.: Матвеев О. В.

Имер4253 – ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4253. ст. Имеретинская. Инф.: Терентьев Н. Г., 1928 г. р., Терентьева (Ермак)Екатерина Николаевна, 1950 г. р. Иссл.: Матвеев О. В.

Имер4254 – ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4254. ст. Имеретинская. Инф.: Терентьев Н. Г., 1928 г. р. Иссл.: Матвеев О. В.

Имер4262– ПМ КФЭЭ – 2010. а/к 4262. ст. Имеретинская. Инф.: Гапченко И. К., 1926 г.р., Гапченко В. А, 1930 г. р. Иссл.: Васильев И. Ю.

Материал опубликован: Гетманская С.Н. Православная жизнь в станицах района г. Горячий Ключ по архивным документам и полевым материалам кубанских фольклорно-этнографических экспедиций (конец XIX – начало XXI в.) // История, этнография, фольклор Кубани (материалы Кубанской фольклорно-этнографической экспедиции). т. II. Горячеключевской р-он. Ижевск, 2016. С. 99-106.

(396)

Оставить комментарий

Сохранен как Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *