Иерей Андрей Небавский: 1918 год стал временем свидетельства об истине Христовой

О Гражданской войне на Кубани, красном терроре против православного духовенства и прославленных в этом году новомучениках наш разговор с председателем Комиссии по канонизации святых Екатеринодарской епархии кандидатом богословия иереем Андреем Небавским.

Отец Андрей, 4 мая Священный Синод под председательством Святейшего Патриарха постановил включить в состав Собора новомучеников и исповедников Церкви Русской имена кубанских священномучеников Александра Флегинского и Михаила Лисицына. Для Кубани это очень радостное событие. Расскажите о них.

Священномученики Александр и Михаил — кубанские священники, практически вся их служба прошла в пределах нашей епархии, состоявшей тогда из территории Краснодарского и Ставропольского краев. Отец Александр был выпускником Ставропольской духовной семинарии, а отец Михаил – Рязанской. Отец Александр происходил из потомственного священнического рода, его семья дала епархии многих видных священнослужителей. Он служил в станице Ключевой, Красногорской, а затем с 1908 года в Георгие-Афипской; состоял членом Ставропольского церковно-археологического общества, первого церковно-исторического научного учреждения на Северном Кавказе.

С переходом в Георгие-Афипскую он был назначен благочинным 17 округа. Отвечал за приходы станицы Смоленской, Ставропольской, Калужской, Новодмитриевской и другие. Помимо большой канцелярской работы, ему приходилось инспектировать церковно-приходское школы, совершать освящения храмов. Благочинные имели ряд административных функций, полученных ими от архиерея, который из-за большого расстояния практически не посещал отдаленные приходы. Однако, в нашем крае ситуация была не такая. Например, епископ Кубанский Иоанн (Левицкий) в 1914 году посетил станицы Северского района, в некоторых останавливался на ночь. Свидетельством оценки деятельности отца Александра могут служить полученные им от епархиального начальства церковно-богослужебные награды: набедренник, скуфья, камилавка, золотой наперсный крест.

Священномученик Михаил, напротив, прирожденным кубанцем не был. Он родился в Рязанской губернии, окончил семинарию и 10 лет затем служил в родной епархии. На Кубань он попал в конце 1907 года и в начале служил в селе Александровском современного Ставропольского края. Лишь в 1912-м его перевели в Никольский храм станицы Усть-Лабинской. Как и все священники епархии, в годы Первой мировой войны, отец Михаил не оставался в дали от помощи фронту и семьям солдат. В 1914-1915 годах он неоднократно отправлял значительные посылки с одеждой и предметами гигиены для солдат в действующую армию и призывал к этому своих прихожан.

— Как они пострадали?

— После захвата большевистским революционным отрядом станицы Георгие-Афипской в марте 1918 года отец Александр был арестован. Его подвергли жестоким мучениям и глумлениям лишь только за его священническое служение. Избив отца Александра, солдаты во время отступления под натиском батальонов Добровольческой армии 24 марта спешно убили его, как указано в документах, он был «изрублен в куски». Лишь в начале сентября тело было обнаружено, и 18 сентября совершено отпевание в Александро-Невском соборе г. Екатеринодара, а затем и погребение на Всесвятском кладбище.

Отец Михаил был арестован 22 февраля 1918 года при захвате станицы Усть-Лабинской. Его предупреждали об опасности, предлагали спастись бегством или спрятаться, но он мужественно отказался, оставшись в своем доме, где и был арестован. В первую же ночь после ареста священника толпа солдат отряда ворвалась в его дом, испугав жену, и разграбила совершенно все, лишив семью имущества.

В течение трех дней отца Михаила солдаты водили по станице с накинутой на шею петлей, избивали при этом и всячески издевались над его священным саном. Его избивали настолько сильно, что на третий день он даже не мог стоять на ногах и падал, умоляя мучителей скорее сделать свое гнусное дело. 26 февраля его, уже изможденного и обессилевшего, большевики убили. Когда его тело было найдено, на нем оказалось более 10 ран, а голова была изрублена.

Оба наших священномученика показали пример стойкости в вере, твердости в следовании за Христом, и претерпели жесточайшие мучения за свое служение Ему.

 Почему 1918 год стал таким страшным именно для Кубанского духовенства?

– Волна большевизма в 1918 году захлестывала Кубань, шла жесточайшая борьба за территорию края между Революционной армией и силами Кубанского краевого правительства. В людях царила ненависть, с той и с другой стороны было сильное озлобление. Буквально при захвате каждой станицы в первую очередь большевики врывались в дом священнослужителей и, если не арестовывали тут же, то устраивали страшные погромы. Сохранились архивные документы, в которых зафиксированы многочисленные случаи таких погромов. Священников арестовывали практически в первый же день после захвата станицы, затем подвергали мучениям, избивали. Тогда наглядно исполнились слова Спасителя: «Предаст же брат брата на смерть, и отец — сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их; и будете ненавидимы всеми за имя Мое» (Мф. 10:21-22). И именно 1918 год стал временем свидетельства об истине Христовой.

В каком состоянии находились церковная жизнь и храмы в то время?

– Посудите сами, только за несколько месяцев господства большевиков на Кубани в 1918 году были до основания уничтожены два храма: Рождество-Богородицкий станицы Бекешевской и Николаевский храм станицы Барсуковской, четыре храма сильно пострадали от артиллерийских обстрелов, а больше чем 30 храмов были страшным образом осквернены и разграблены. Например, перед уничтожением храма станицы Бекешевской большевики выломали его двери и въехали в храм на лошадях, а затем разгромили все имущество и иконы. В станице Сергиевской большевики из отряда Сорокина взяли епитрахиль, которую надели на шею лошади, а священнический крест привязали к хвосту. Все участники бесчинства подходили к лошади как бы для исповеди, их накрывали епитрахилью и, смеясь, произносили матерные ругательства, инсценируя чтение разрешительной молитвы священником. В храме духовного училища в Екатеринодаре солдаты не удовольствовались простым бесчинством: они взяли икону святителя Николая и вырезали на образе глаза, а затем выкинули его в навозную кучу. Как можно все это объяснить? Варварское глумление большевиков – это признак духовной смерти, которая овладела ими.

Сколько времени ушло и насколько сложной была подготовка материалов к канонизации?

– Подготовка материалов велась с 2013 года, когда мы впервые получили часть документов. В течение четырех лет членами Комиссии была проведена довольно большая работа по поиску документальных свидетельств в архивах г. Краснодара, Ставрополя, Рязани, Москвы, Санкт-Петербурга, республики Северная Осетия-Алания и многих других. Нам удалось найти много материалов, освещающих положение духовенства на Кубани в 1918-1919 годах в период Гражданской войны.

С чем в первую очередь связаны сложности?

– Одна из главных сложностей в работе нашей комиссии заключается в отсутствии многих документов. Значительная часть документов периода Гражданской войны порой лишь в краткой форме характеризует личности священников и обстоятельства их смерти, в большинстве же используются принятые в делопроизводстве того времени клише. Практически полностью отсутствуют материалы, в которых могли быть зафиксированы решения революционных судов или последовательность происходивших перед смертью священнослужителей событий. Очевидно, что в то тяжелое время террор против духовенства проводился поспешно и не имел никаких формальных юридических форм. Священнослужителей убивали по решению командиров революционных отрядов или по воле толпы. В этом и есть главное отличие времени Гражданской войны от репрессий последующих периодов.

В таких случаях при невозможности канонизации, предпочтительной формой сохранения памяти выступает официальное обнародование имеющихся данных и их публикация. В связи с этим на сайте Комиссии по канонизации святых Екатеринодарской епархии был создан раздел «Кубанский мартиролог», где размещаются многие материалы о пострадавших, но не прославленных кубанских священнослужителях.

Материалы о ком из священномучеников и подвижников готовятся сейчас к канонизации?

– Сегодня мы ведем работу по сбору материалов о священнике Григории Никольском, служившем в Марие-Магдалининском женском монастыре, священнике станицы Старокорсунской Василии Тимофеевском. Отец Григорий погиб в 1918 году, а отец Василий в 1919-м. Это большой кропотливый труд в региональных архивах, который осложняется тем, что приходится работать сразу на два архива: Ставропольский и Краснодарский. Поскольку до 1919 года Кубань была викариатством Ставропольской епархии, то все документы дореволюционного периода остались там. В исторической памяти не сохранились многие события кроме самого факта смерти священников, поэтому мы вынуждены восстанавливать точную биографию священником по историческим документам.

Но главная задача при этом остается прежней – каждый прихожанин нашей епархии должен узнать своих священномучеников, в каждом храме необходимо почитать их и иметь икону.

Беседовал Н.В. Кияшко

Kanonkuban.ru

Оставить комментарий

Сохранен как Статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *